Дипломатическое
Jan. 13th, 2005 12:03 pmБыло это в 1974 году. Из Каира уехал советский посол, а нового все не присылали и не присылали. Египтяне начали задумываться...
Мой приятель, который служил тогда шпионом и одновременно числился журналистом, сидел как-то за бутылочкой с египетским коллегой. Возник вопрос о том, кто все-таки будет следующим советским послом. Приятель (назовем его В.) возьми и ляпни спьяну: "Понятия не имею, но если бы я назначал послов, то подумал бы о Володе Полякове. Он тут неплохо поработал советником, Египет хорошо знает, умеет договариваться... А сейчас сидит послом в занюханном Йемене. Пропадает мужик".
Не следующий день в одной из центральных египетских газет появилось сообщение: "По данным из осведомленных источников, на должность посла СССР назначат Владимира Полякова".
В посольстве читать умели и о содержании заметки доложили в Москву. В Международном отделе ЦК пожали плечами: и в мыслях такого не было. Молод еще Поляков для назначения на такую важную страну. Время шло, отпадала одна кандидатура за другой, и тут кто-то в МИДе вспомнил о публикации. В конце концов решили - чем черт не шутит. Пускай едет Поляков, тем более что и сами египтяне вроде бы согласны, если верить той газете.
Через годик В. нашел возможность рассказать Владимиру Порфирьевичу о том, как содействовал его продвижению по карьерной лестнице. Но последствий это для В. не имело. Другое ведомство.
Мой приятель, который служил тогда шпионом и одновременно числился журналистом, сидел как-то за бутылочкой с египетским коллегой. Возник вопрос о том, кто все-таки будет следующим советским послом. Приятель (назовем его В.) возьми и ляпни спьяну: "Понятия не имею, но если бы я назначал послов, то подумал бы о Володе Полякове. Он тут неплохо поработал советником, Египет хорошо знает, умеет договариваться... А сейчас сидит послом в занюханном Йемене. Пропадает мужик".
Не следующий день в одной из центральных египетских газет появилось сообщение: "По данным из осведомленных источников, на должность посла СССР назначат Владимира Полякова".
В посольстве читать умели и о содержании заметки доложили в Москву. В Международном отделе ЦК пожали плечами: и в мыслях такого не было. Молод еще Поляков для назначения на такую важную страну. Время шло, отпадала одна кандидатура за другой, и тут кто-то в МИДе вспомнил о публикации. В конце концов решили - чем черт не шутит. Пускай едет Поляков, тем более что и сами египтяне вроде бы согласны, если верить той газете.
Через годик В. нашел возможность рассказать Владимиру Порфирьевичу о том, как содействовал его продвижению по карьерной лестнице. Но последствий это для В. не имело. Другое ведомство.
